Рождество у Чапских: подарки для прислуги и колядные песни

В Новогодне-Рождественские деньки стало интересно узнать, как же эти праздники проходили когда-то в графских семьях Гуттен-Чапских живших в Станьково или Прилуках. Наверно гуляли и веселились с размахом, изысканные яства и изощренные грандиозные развлечения… Как и подобает богатым титулованным особам. Однако, ничего подобного в воспоминаниях Марии Чапской мы не находим. Хотя размах, конечно, присутствует точно, но немного другого характера. Например, Гуттен-Чапские готовили и дарили подарки, в том числе, и всей своей прислуге, так в одно из празднований Рождества, было вручено 362 подарка.

А что вкушали графские семьи? Рождественский стол отличался от повседневного свежими колбасами, беконом на ребрах и апельсинами (исключительно к Рождеству!), а на Новый год к столу подавали ледянной пунш и горячие пончики. Про графский рацион не скажешь, что он был очень  однообразным, но и особенно замысловатым его не назовешь. Вот только не было консерв тогда, справедливо замечает Мария Чапская, может это и к лучшему… 🙂

Далее фрагмент воспоминаний Марии Чапской:

«Рождество у нас всегда праздновалось очень торжественно. Управляющие четырёх усадеб прилукских, а так же Самуэлево и Каролёво получали распоряжение составить подробные списки работников, с указанием имён детей до четырнадцати лет и их возраста. Для них шили в доме: платья, брюки, рубашки, куртки в основном байковые или ситцевые, для младенцев были чепцы из шерсти нашего прядения. Это все связывали в стопки, складывали в корзины и рассылали по усадьбами. Мне кажется, по пути не было никаких злоупотреблений. Вся прислуга домашняя и дворовая получала по мешочку бакалеи, а кроме того личный подарок, всегда что-то из одежды, для женщин ткань на платье или блузку, шарф или чулки, для мужчин: рубашки, перчатки, носки и тому подобное. Потом под мамин аккомпанемент мы пели радостные колядные песни возле нарядной ёлки.

«Наше Рождество, как обычно, было прекрасным и веселым, – писала мама – со всеми дорогими детьми в добром здравии. В общей сложности триста шестьдесят два человека были одарены. Ежи преподнёс мне чудесное платье и великолепный веер…»

Остальную часть зимнего ожидания мы спокойно проводили дома. Каждое утро в маминой солнечной, украшенной цветами гостиной (запах цинерарии, гиацинтов, тубероз всегда напоминает мне мамину гостиную) проводили в изучении Библии. Сначала старшие сёстры, а потом и мы, младшие и даже пятилетний Йозеф, изучали Святое Писание: изгнание из рая, преступление Каина, Ноев ковчег. Потом каждый из нас мог рассмотреть две картинки в большой Библии, в издании иллюстрированном Гюставом Доре, только по две картинки, в зависимости от того, что мы проходили в Святом Писании. Кто в детстве видел эти иллюстрации Библии Доре, запоминают их на всю жизнь. Катехизис мы учили с детства: заповеди, истины веры, основные добродетели и смертные грехи, и что вне католической Церкви  нет спасения. Не помню, как это объясняла наша мама, но помню её ответ Йозефу на его вопрос: «Кто попадает в ад? – Не известно – отвечала она – Бог милостив. – Нет, но Иуда? – не унимался Йозеф – Он же точно в аду! – И к Иуде Бог может быть милосердным…» — сказала она.»

Maria Czapska «Europa w rodzinie. Czas odmieniony» (Мария Чапская «Европа в семье. Время перемен»)

 Дмитрий Трегулов. STANKOVO.BY

За помощь в переводе с польского языка спасибо Олегу Маслиеву.

Добавить комментарий